У Казанского собора состоялся митинг ленинградского отделения «Демократического союза». В некоторых позднейших описаниях число участников оценивается в несколько тысяч, иногда — до пяти тысяч человек, однако надёжно установить точную численность не удалось. По распространённой версии, участники организации Андрей Мазурмович и Леонид Гусев подняли российский триколор, взобравшись на памятник Кутузову. Несогласованное с городскими властями собрание было разогнано как нарушение порядка проведения массовых мероприятий. С этой акцией связывают известную фотографию задержания, на которой видны люди в милицейской форме и штатском. В публикациях задержанного называют Валерием Тереховым, одним из лидеров ленинградского отделения организации, однако надёжной документальной атрибуции самого снимка и изображённых на нём людей нет. В книге петербургского правозащитника Юлия Рыбакова «Мой век» (2010) выдвинута версия, что один из мужчин в штатском — молодой Владимир Путин. В 2013 году пресс-секретарь президента Дмитрий Песков отверг это предположение, указав, что Путин тогда работал в ГДР. Таким образом, эту идентификацию следует рассматривать лишь как неподтверждённую версию.
В Москве и Ленинграде почти одновременно прошли два несанкционированных митинга «Демократического союза», посвящённые 72-й годовщине Февральской революции. На обеих акциях публично появились бело-сине-красные российские флаги.
На площади Маяковского «Демократический союз» провёл отдельный несанкционированный митинг памяти Февральской революции. Его участники также подняли бело-сине-красные флаги. Таким образом, московская и ленинградская акции были двумя разными, но тематически связанными событиями одного дня. Эти митинги не были первым появлением триколора в публичной жизни позднего СССР: в Ленинграде его поднимали ещё 7 октября 1988 года на митинге на стадионе «Локомотив». Однако две акции 12 марта 1989 года стали заметным этапом возвращения исторического российского флага в политическое пространство. В годы перестройки он воспринимался как альтернатива официальной советской символике и постепенно становился одним из символов демократического движения, а 22 августа 1991 года был признан официальным флагом РСФСР. Исследование истории государственной геральдики в России
Виктор Геращенко был назначен председателем Правления Государственного банка СССР, сменив Николая Гаретовского. Назначение было оформлено постановлением Верховного Совета СССР № 326-I. Оно состоялось в период реформирования позднесоветской банковской системы. В 1987 году было принято решение о создании системы государственных специализированных банков — Промстройбанка, Агропромбанка, Жилсоцбанка, Сбербанка и Внешэкономбанка, которая начала работать с 1 января 1988 года. Первые коммерческие и кооперативные банки появились позднее, преимущественно в 1988 году. Госбанк сохранял роль эмиссионного центра и органа централизованного регулирования денежно-кредитной системы, но передача специализированным банкам значительной части кредитных и расчётных операций меняла его функции. Стенографический отчёт Верховного Совета СССР Геращенко, ранее работавший во Внешэкономбанке и системе Госбанка, возглавлял Госбанк СССР в 1989–1991 годах. После распада СССР он дважды руководил Банком России: в 1992–1994 и 1998–2002 годах; перерыв между этими сроками составил почти четыре года. Материалы Банка России о Викторе Геращенко
После открытия Берлинской стены советское руководство отказалось от силового вмешательства в события в ГДР. Такая позиция Москвы стала одним из решающих условий мирного развития событий и практическим проявлением горбачёвского «нового мышления». Открытие пограничных переходов вечером 9 ноября оказалось во многом стихийным следствием ошибочно объявленных новых правил выезда и давления собравшихся у стены жителей. Москва не стала прибегать к реакции по образцу подавления восточногерманского восстания 1953 года или иных прежних кризисов в социалистических странах. Запись помощника Горбачёва Анатолия Черняева от 10 ноября показывает, что в ближайшем окружении советского лидера падение стены воспринимали как конец послевоенного разделения Европы и сталинского наследия. Документально подтверждён телефонный разговор Джорджа Буша-старшего с канцлером ФРГ Гельмутом Колем 10 ноября: оба политика подчёркивали необходимость осторожности и недопущения дестабилизации. Горбачёв поговорил с Колем на следующий день, 11 ноября; канцлер рассказал ему о происходившем в Берлине и заверил, что западногерманское руководство будет действовать ответственно. Надёжных свидетельств отдельного телефонного разговора Буша и Горбачёва 10 ноября нет. Документы Национального архива безопасности о падении Берлинской стены Отказ СССР от вмешательства резко отличал ноябрь 1989 года от прежних кризисов в Восточной Европе и открыл путь к переговорам об объединении Германии. Вместе с тем он был частью более широкого курса советского руководства, а не результатом одного телефонного разговора.
Совместное предприятие «Совэкс» (SOVEX) зарегистрировано в Ленинграде 23 ноября 1989 года; создателями выступили советская и немецкая стороны. Компания была создана для, по разным данным, производства и экспортной торговли изделиями из дерева и хрусталя, а в дальнейшем реорганизована в АО «Совэкс». Одним из организаторов «Совэкса» был Дмитрий Скигин — в будущем сооснователь «Петербургского нефтяного терминала» и партнёр Сергея Васильева; немецким партнёром предприятия называли Андрея Тварковски, который, по книге журналиста Александра Рара «Лучший немец в Кремле», в начале 1990-х был вытеснен с российского рынка — эта версия изложена по его словам. В 1990-е «Совэкс», по сообщениям СМИ, оказался связан с нефтеторговлей Петербурга: предприятие участвовало, по данным журналистских расследований, в создании «Петербургского нефтяного терминала», а в 1996 году, по сообщению Радио Свобода, комитет мэрии по внешним связям во главе с Владимиром Путиным передал «Совэксу» комплекс заправки самолётов в аэропорту Пулково. Источники: Руспрофиль: карточка АО «Совэкс», «Терминал-на-крови», Новая газета Европа
Встреча генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачёва и президента США Джорджа Буша-старшего на советском круизном лайнере «Максим Горький» в гавани Марсашлокк близ Мальты стала первым полноценным саммитом лидеров двух сверхдержав после падения Берлинской стены и была воспринята как символическое окончание холодной войны. Советская делегация использовала крейсер «Слава», американская — крейсер «Белкнап» (USS Belknap), однако сами переговоры из-за шторма перешли на борт лайнера «Максим Горький», что в зарубежной прессе дало мероприятию прозвище «Seasick Summit». С советской стороны в обсуждениях участвовали министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе, заместитель министра Александр Бессмертных, бывший посол в Вашингтоне Анатолий Добрынин, идеолог перестройки Александр Яковлев и военный советник маршал Сергей Ахромеев; с американской — государственный секретарь Джеймс Бейкер, советник по национальной безопасности Брент Скоукрофт, посол Джек Мэтлок и Кондолиза Райс. Юридически обязывающих документов стороны не подписали: главным итогом стала политическая фиксация свершившихся перемен. На совместной пресс-конференции Горбачёв заявил, что мир оставляет одну эпоху и вступает в другую, а Буш говорил о начале пути к устойчивому миру. Опубликованные записи переговоров подтверждают, что встречи проходили на борту «Максима Горького» и были посвящены разоружению, переменам в Восточной Европе и переходу от конфронтации к сотрудничеству. Запись беседы 3 декабря 1989 года Следует учитывать, что в историографии оценка Мальтийской встречи неоднородна: её часто называют декларацией конца холодной войны, однако часть исследователей подчёркивает, что стороны лишь констатировали свершившуюся динамику, не оформив её формальным соглашением, — поэтому трактовку саммита как «окончательного конца» холодной войны следует рассматривать как наиболее распространённую, но не единственную.